Южнокорейская вона ослабла до около 1 475 за доллар, откатившись от максимума более чем за месяц, на фоне роста цен на нефть и укрепления доллара США, оказавших давление на валюту. Обострение напряжённости в отношениях между США и Ираном и возросшие риски перебоев в судоходстве через Ормузский пролив — на фоне задержания иранского судна и сохраняющейся неопределённости вокруг прекращения огня — подтолкнули цены на нефть вверх, усилив опасения по поводу импортных издержек Кореи и перспектив инфляции. Одновременно доллар США укрепился, поскольку инвесторы искали надёжные активы на фоне снижения аппетита к риску, что оказало дополнительное давление на валюты развивающихся стран Азии, включая вону, несмотря на относительно устойчивый фондовый рынок внутри страны.
Отдельно уходящий в отставку глава Bank of Korea Ри Чханён отметил, что динамика обменного курса всё в большей степени определяется внутренними структурными потоками капитала, а не дифференциалом процентных ставок, что подчёркивает постепенный сдвиг в факторах, формирующих валютный рынок. Тем не менее ожидания продолжения притока иностранного капитала, подкреплённые повышением доступности корейского рынка, помогли сдержать потери вони.
