Экономика РФ достигла своего дна в августе прошлого года, однако перейти от падения к росту оказалось слишком сложно. Данный кризис кардинально отличается от кризиса 1998 года, который по темпам восстановления можно было охарактеризовать как «упал - отжался». Такое мнение высказал ведущий аналитик Сбербанка Михаил Матовников.
«Можно сказать, что абсолютное дно было достигнуто в августе 2015 года. Однако на этом фоне перейти от падения к росту оказалось крайне сложно. Есть, собственно, два сценария: "упал - отжался", как это было в 1998 году, когда мы достаточно сильно упали, но после этого достаточно быстро, сильно восстановились; или это будет кризис, когда мы упали, (а затем) следует период очень длительного, низкого темпа роста», - пояснил Михаил Матовников.
В качестве примера эксперт привел Японию, которая в 1970-1980 годах очень быстро развивалась, а «все 1990 годы были потерянным десятилетием».
«Но мы принцип уже понимаем - что наш кризис развивается по тому сценарию, когда роста без каких-либо изменений не получится», - отметил аналитик Сбербанка.
Эксперт также подчеркнул, что ужасы, которые предрекали стране в конце 2014 - начале 2015 года, не произошли: фонды не были полностью потрачены, инфляция не галопирует, бюджет страны «не в такой уж плохой форме».
«И в конце концов падение рубля гораздо меньше, чем и в 2009, и в 2008 году. Речь, в общем, идет о том, что у нас есть некий спад, неглубокий спад», - сказал Михаил Матовников.
По оценке аналитика, в ближайшее время Россию ждут важнейшие изменения. В первую очередь сокращение населения работоспособного возраста, поскольку трудоустраивается малочисленное поколение середины 1990 годов, а на пенсию выходит массовое поколение «шестидесятников».
«Дефицит рабочих рук очень ощутим. Мы видим, что это явное ограничение для возможного дальнейшего роста», - считает аналитик Сбербанка.
Михаил Матовников также добавил, что, кроме того, влияние на будущее страны окажут цены на сырьевые ресурсы, курс валют, снижение объема прямых иностранных инвестиций и недоступность финансовых рынков Европы.
«Мы понимаем, что многие внешние рынки для нас закрылись. То есть мы в целом потеряли Украину, в значительной степени мы потеряли Турцию, мы потеряли в значительной степени рынок ЕС», - отметил Михаил Матовников, подчеркнув, что этот ущерб, безусловно, взаимный.
